Как умирает Болгария

dmgusev
17 июня, 23:37

36-летний фотограф, альпинист и революционер с романтическим именем Пламен. Когда в его маленькой, по-кроличьи кроткой Болгарии дела пошли совсем туго, Пламен облил себя горючим и совершил публичный акт самосожжения на площади перед мэрией в городе Варне. В знак протеста против нищеты, коррупции, несправедливости и пренебрежения властей. Если его страна умирает, зачем тогда жить? Он уходил долго и мучительно, а вся Болгария стенала, плакала и молилась за него в православных храмах. «Пламен погас», — написали газеты после смерти Пламена Горанова.

Его смерть была не единственной. Еще пять человек вспыхнули живыми факелами в конце мучительной зимы. Среди них — отец пятерых детей 53-летний Венцислав Василев, потерявший работу (судебные приставы должны были описать имущество семьи в счет долга за «коммуналку» — 219 евро за воду), и безработный Траян Петров (ему было всего 26 лет).

— Такого никогда не случалось в болгарской истории! Повторяю: никогда! — с горечью восклицает легенда болгарской журналистики Валерий Найденов. — Мы — христианская страна, не знакомая с радикализмом и фундаментализмом. Самосожжения людей — нечто неожиданное и шокирующее. Для христиан вообще политический суицид неприемлем. А у нас нет сомнений, что эти самоубийства — политические. Если вы хотите убить себя, есть масса других, безболезненных способов. При самосожжении человек не умирает сразу. Это две недели пыток и самая страшная агония на свете.

Что же случилось с Болгарией, когда-то благодатной, процветающей землей? И что случилось с болгарами — самым терпеливым и покладистым народом Европы?

ДОБРЫЙ СТАРЕЦ ДОБРИ ДОБРЕВ

Не забыл ли Бог о Болгарии? Нет, не забыл, если 99-летний дивный старец Добри Добрев в кожаных лаптях и крестьянской одежде все еще стоит у входа в собор Александра Невского в Софии. Я кладу в его кружку для подаяний деньги, он благословляет меня, но, как только я достаю камеру, возмущенно машет руками. Дедушку достали и поклонники, и журналисты. Добри Добрев — настоящий болгарский святой. В 2009 году вся Болгария была потрясена новостью, что древний старец с длинной, как у патриарха, седой бородой, десятилетиями собиравший милостыню у входа в самый знаменитый храм Софии, оказался его самым щедрым дарителем. Добри, живущий в деревне Байлово на пенсию в 80 евро и питающийся овощами и хлебом, пожертвовал храму 18 000 (!) евро. (Все подаяния, собранные им за много лет, которые аккуратно откладывала на банковский счет его родственница.) Храм Александра Невского воздвигнут в память о русских воинах, погибших за освобождение Болгарии от османского ига. И, вообразите, с 1912 года не нашлось ни одного богатея-предпринимателя, который бы пожертвовал больше на собор, чем нищий старичок, который до 90 лет каждый день пешком добирался из деревни до Софии. (Сейчас, правда, в свои 99 лет Добри так прославился, что его бесплатно подвозят на автобусе.) В общей сложности старец Добри пожертвовал на церкви Болгарии 36 000 (!) евро собранных подаяний.

Моя болгарская подруга Светла тоже кладет деньги в кружку старца, и ее глаза увлажняются от умиления. «Вот пока у нас есть такие люди, Болгария жива», — говорит она. Мы идем в кафе, чтобы выпить чашечку крепкого до сердцебиения турецкого кофе. К каждой чашке прилагается запечатанное предсказание, и люди за столиками со смехом и волнением читают «волшебные» записки. Болгарам вообще свойственна вера в чудесное спасение. Даже известные экономисты в Софии на вопрос «Что спасет Болгарию?» воздевают руки к небесам и восклицают: «Только Бог!»

КАК ХОЛОДИЛЬНИК ПОБЕДИЛ ТЕЛЕВИЗОР

— В январе нам совсем пришлось туго, — вздыхает моя подруга Светла. — Люди получили счета за электроэнергию, в два раза превысившие пенсии. А значит, если пенсионер даже перестанет есть, он все равно не сможет оплатить счет. Когда дело дошло до реальной угрозы голода и холода (многие квартиры отапливаются электричеством), десятки тысяч людей по всей стране вышли на улицы. Началась «электрическая революция». Как остроумно выразился один местный политик: пустой холодильник наконец-то победил телевизор. Невозможно накормить людей речами о «европейских демократических ценностях». Но пришла весна, и телевизор, кажется, снова побеждает.

— У нас есть выражение «ухватиться за зелень», — говорит экономист Димитр Събев. — С приходом тепла мы «схватимся за зелень» и переживем лето. У каждого есть огород, домашнее хозяйство или как минимум родственники в деревне. Но по осени, с окончанием «зеленки» и началом отопительного сезона, протесты начнутся снова.

— Наше общество живет в плену мифов и заклинаний и отвыкло критически смотреть на события. Оттого мы все несказанно удивились, что люди вдруг спонтанно вышли на улицу, — говорит тележурналист Иво Христов. — Больше всех удивилось правительство, которое немедленно подало в отставку и уже в феврале оставило протестующих без оппонентов. Это был ловкий ход. То есть можно гневаться и кричать, только против кого? Были объявлены срочные выборы, чтобы гражданская энергия не успела вылиться в создание новых структур и партий. Весь политический класс организовал своеобразную искусственную засаду, оставив народу лишь пару месяцев на размышление. Тут же по испытанным политтехнологиям протестующих разбили на маленькие группы, вбросив множество партий-подделок и фальшивых псевдолидеров-крикунов, возникших ниоткуда и ведущих в никуда. Граждане потеряли смелость и устали.

Старец Добри Добрев известен всей стране.
За последние 100 лет не было здесь такого богатея, который пожертвовал бы на храм больше, чем этот нищий старичок.
А Болгария сейчас может рассчитывать только на Божью помощь.
Фото: Йордан СИМЕОНОВ.

ВЫХОД ОДИН — БЕЖАТЬ ИЗ СТРАНЫ

— Как-то вы очень быстро устали, — замечаю я.

— Просто гнев опередил осознание проблемы. Люди вышли на протест не как граждане, у которых есть ясные ценности, а как разгневанные потребители. Они помахали руками, покричали и утомились. Мы, болгары, вообще завзятые конформисты и подражатели. Мы не ведущие, мы ведомые. Обожаем копировать сильных и идти за ними след в след. До 1989 года, когда СССР был в силе, в Болгарии миллион (!) человек состояли в Коммунистической партии — это при общем населении 9 миллионов человек. Теперь образ рая предлагает ЕС, хотя бескритичность в отношении него сильно поколебалась. Болгария рада быть членом Евросоюза только по одной причине — мы можем перейти границу.

Болгары предпочитают спасаться по одиночке. Популярна шутка: «У Болгарии есть два выхода из кризиса — терминал 1 и терминал 2 в аэропорту». Молодые, талантливые и упрямые пакуют вещи и бегут без оглядки, оставляя стариков умирать в деревнях. Север страны, где безработица составляет (по официальным данным) 60 (!) процентов, обезлюдел. Редкие туристы сравнивают его с мертвой чернобыльской зоной.

За последние двадцать лет страну покинули два миллиона человек, и население Болгарии сократилось до семи миллионов. Страна потеряла больше людей, чем за две мировые войны. Но это не предел. Экономический кризис совпал с ужасающей по масштабам демографической катастрофой. К 2060 году население Болгарии составит всего 5 миллионов человек (из них полтора миллиона — цыгане). Болгары как единый народ с его древнейшей православной культурой обречены.

— В прошлом году родилось всего 62 тысячи детей, — говорит тележурналист Иво Христов. — Это самая низкая рождаемость с 1945 года. Болгария тает быстрее всех европейских стран. Хуже результат только у Эстонии. За всю свою 1300-летнюю историю наша страна никогда не была так близка к распаду.

«МЫ ПРИВЫКЛИ ЖДАТЬ, КОГДА НАС СПАСУТ»

— Неужели сейчас хуже, чем под турками? — удивляюсь я.

— Хуже. Демографический и экономический кризисы совпали с моральным разложением. Общество сейчас гораздо глубже развращено, чем во времена турецкого ига, когда весь народ объединяла идея борьбы за освобождение.

— А что вы от нас хотите? Болгары — тихий народ, — в глазах у известного публициста Светослава Терзиева мелькают искорки иронии. — У нас пятьсот лет было турецкое иго. Мы привыкли. Потом пришла Россия и освободила нас. Позже мы спелись с немцами, но они оказались плохими союзниками. От них нас освободила Красная Армия. Вместе с ней пришел СССР, который в 90-е годы сам нас от себя освободил. Сейчас к нам приехали 300 тысяч русских и купили здесь дома. Мы очень довольны. Русским здесь будет хорошо среди людей, которые их понимают и любят. Какое у нас будущее? А зачем о нем думать? Пережили день до вечера, и это неплохо. Мы, болгары, привыкли сидеть и ждать, когда нас спасут.

КАК ОНИ ДОШЛИ ДО ЖИЗНИ ТАКОЙ

В начале девяностых, когда рушилась империя СССР и распадался на куски восточноевропейский блок, за процессом пристально и торжествующе холодными, жадными глазами наблюдал КАПИТАЛ. Перед монополиями открывались новые захватывающие перспективы. Во-первых, финансовый кризис откладывался на целых двадцать лет. Во-вторых, крушение железного занавеса открывало дорогу к всемирному господству олигархии под соусом «глобализации» и «свободы рынка» (так называемый «Вашингтонский консенсус» 1989 года).

Владельцы транснациональных корпораций потирали руки от удовольствия и предвкушения — перед ними лежали огромные, беззащитные территории с наивными, оболваненными лозунгами о свободе населением. План олигархии был так же прост, как план какого-нибудь завоевателя вроде Аттилы, — территории предстояло захватить, покорить, унизить, разорить, высосать из них все соки, а население обратить в вечное рабство. Да, план был прост, но вот методы — куда более утонченными.

В ту пору мы были так заняты собственной трагедией — развалом Советского Союза, что нас мало заботила судьба восточноевропейских стран. Да, была Польша, которая восприняла крах СССР с ликованием как избавление от ненавистного русского господства. Но были и такие страны, как братская Болгария, существовавшая за счет сделки века: нефть в обмен на помидоры. И вдруг потерявшая своего поводыря и кормильца.

— Болгария была паразитом СССР, — говорит социолог Андрей Райчев. — Мы жили за ваш счет. Надо было просто вовремя хлопать в ладоши на съездах и целоваться с Брежневым. Любой идиотский товар, который мы производили, вы обязательно покупали. 86% промышленности работало на Россию, и за это мы получали бесплатную нефть. Ходила даже шутка: мол, Болгария владеет самой большой колонией на свете в виде СССР, поскольку она качает даровые ресурсы и сбрасывает свои товары на необъятный русский рынок.

САМЫЙ ЧЕСТНЫЙ СОЮЗНИК СССР

— У Советского Союза был свой резон помогать Болгарии, — говорит социолог Кънчо Стойчев. — В силу исторических причин (в XIX веке русские положили двести тысяч солдат за освобождение страны от турецкого ига) Болгария была единственным честным союзником СССР. Нам настолько доверяли, что здесь даже не было советской военной базы. Во времена социализма Болгария превратилась в мощную индустриальную страну с развитой военной и даже высокотехнологичной промышленностью. Мы были единственным членом СЭВ (Совет экономической взаимопомощи), производящим компьютеры! Наращивание таких промышленных мускулов у столь маленького государства можно даже назвать гипериндустриализацией. А теперь представьте: Горбачев выбрал другую дорогу, и Болгария осталась одна. Советский рынок схлопнулся и полностью закрылся для нас. В Болгарии случился коллапс: все заводы разом встали!

— Я помню последнюю историческую сессию СЭВ в 1990 году в Софии, — вспоминает журналист Валерий Найденов. — Советскую делегацию возглавлял Николай Рыжков. Он спокойно заявил, что торговля за переводные рубли между странами СЭВ прекращается. Валютой должен служить доллар, а цена за любой товар должна быть не ниже мировой. Люди в зале были растеряны. Ошеломленная чешская делегация заявила: «Но в таком случае нам придется выйти из СЭВ?!» А Рыжков ответил: «Ну и выходите. Да пожалуйста!» Словом, скатертью дорога! Через несколько лет после распада восточноевропейского блока Болгария лежала в руинах.

О, ДИВНЫЙ, НОВЫЙ МИР!

В начале девяностых в страны СНГ, Восточной Европы и в Россию пачками прибывали американские экономические советники и консультанты. Это были прекрасно воспитанные и с иголочки одетые энергичные люди зрелых лет, по взглядам своим все как один — убежденные либертарианцы крайне правого толка. (Либертарианство в экономике — одна из самых бесчеловечных теорий, которая полностью отрицает социальное государство, а также любое вмешательство государства в экономику. В сущности, это экономический дарвинизм. Пусть в свободной конкуренции выживают сильные, а слабые сгинут. Государство должно отказаться от финансирования здравоохранения и образования (и, следовательно, от налогообложения), а пенсионные фонды должны стать только частными. Если вы сами себе не отложили на старость, то пеняйте на себя. А если вы бедный и больной, плачьтесь у дверей благотворительных фондов. Ваши дети — это тоже только ваша проблема, не морочьте ими голову государству.)

В порядочных странах Западной Европы с сильной социальной политикой либертарианцев в ту пору и близко не подпускали к государственному управлению (их бы затоптали тогда еще боевитые профсоюзы), а в экс-социалистическом краю непуганых идиотов они были в чести. Им не просто аплодировали и смотрели в рот — им еще и платили за консультации. Местные политики стояли перед ними на задних лапках, зачарованные фразами о «рыночных реформах».

— Любая книга, написанная так называемыми экономистами либертарианского толка, начинается со слова «свобода», им же и заканчивается, — говорит журналист Валерий Найденов. — Это их мантра. Главное — это свобода от правительства и от любого контроля. Они требуют минимума государства, а в идеале — его отсутствия. Но все их толстые тома можно и не читать. Вся суть сводится к одной фразе: одинаковый налог для богатых и бедных и полная приватизация госсобственности. После краха СССР в Болгарию явился всемирно известный радикально правый экономист Ричард Ран из американского института Cato (это правое крыло либертарианцев). На нас решили опробовать неолиберальный метод, который никогда не был применим в США и Западной Европе. Мы, болгары, стали лабораторными белыми мышками для либертарианской утопии.

В деревнях остались одни старики — молодежь уехала в Европу искать лучшей жизни.
Фото: GLOBAL LOOK PRESS

ПИЛИТЕ-ПИЛИТЕ, ВАШЕ ВЕЛИЧЕСТВО!

Иностранные консультанты-неолибералы — это рыбы-лоцманы Международного валютного фонда. Порой нужды, голода и растерянности начала девяностых МВФ воспользовался для генерального наступления на народы (этакий блицкриг!) и для осуществления своей священной миссии: «освобождения» государства от его собственности, или, проще говоря, капитального распила. Болгары очень хотели быть примерными учениками в школе «свободного рынка», который, как известно, «все сам отрегулирует, если ему не мешать», и слепо вверились новым руководителям вроде американского консультанта Ричарда Рана. (За такое послушание их обещали погладить по головке и пустить в ЕС.) Более того, им хватило ума из идиотских сентиментальных соображений посадить себе на голову бывшего царя Симеона II (отнюдь не горячего болгарского парня, а унылого немца по фамилии Саксен-Кобург-Готский), который правил в качестве премьер-министра с 2001 по 2005 годы. (Разумеется, он немедленно провел закон о реституции, вернув себе дворец Врана в Софии и огромные земельные участки.) При Симеоне II, которого все газеты расхваливали как «эффективного менеджера» и «опытного финансиста» (вам это ничего не напоминает?), развернулась масштабная «приватизация» Болгарии.

— В 1997 году к нам явился добрый МВФ и заявил: мы вас спасем, если вы будете выполнять нашу программу, — говорит экономист Димитр Събев. — Главное условие: распродажа всего. Колоссальные государственные активы, стоившие миллиарды долларов, банкротились и уходили за мелкие деньги, иногда за один доллар! Впрочем, кому я это говорю? Вы ж из России! Вы все это проходили. Просто Россия большая, ее пока распродашь! А Болгария маленькая. Здесь все закончилось очень быстро, и мы проснулись в мире абсурда. К примеру, у нас есть болгарская вода, есть болгарские трубы и болгарские потребители. А контракт на продажу нашей воды нашим людям через наши трубы достается, к примеру, англичанам! Это как?! А может, и не англичанам. Мы даже не можем выяснить, кто, собственно, чем владеет?! Кто эти люди? Это международные компании, иногда офшорные, зарегистрированные у черта на куличках. К примеру, компания, которой продали всего за 2 миллиона долларов крупнейший золотой рудник Челопеч, зарегистрирована в Канаде. Болгарии полагаются смешные 2 процента от добытого золота. Причем фишка в том, что мы не имеем права выяснить, СКОЛЬКО золота добывается на руднике и от чего считать эти самые 2 процента. За 23 года со времен нашей перестройки Болгария, имевшая прекрасное производство и лучшие сельскохозяйственные угодья в регионе, превратилась в самую бедную страну Европы.

РУДА — БЕЛЬГИЙЦАМ, ВОДОПРОВОД — ФРАНЦУЗАМ

— При царе Симеоне II электрораспределительные сети продали чехам, австрийцам и немцам, французам достался водопровод и канализация, а медная руда, по слухам, ушла к бельгийцам, — говорит один из лидеров националистов, Ангел Джамбазки. — Это были тайные условия вступления Болгарии в ЕС — все старые державы торговались, чтобы подороже продать свое согласие. Благодаря предательству на самом верху Болгарию пустили с молотка.

— С начала нулевых Болгария жила как веселая вдова после смерти богатого мужа, — говорит журналист Валерий Найденов. — Она распродает дома, земли, все имущество супруга и лет пять живет гораздо лучше, чем прежде. А потом бестолковая баба остается на бобах и просит милостыню на паперти. В середине нулевых Болгария демонстрировала великолепный рост ВВП (который учитывает любую сделку купли-продажи). То есть мы распродавали национальные активы, а в ВВП это отражалось как наш доход. Все были счастливы: ах, какие иностранные инвестиции! Я много раз пытался объяснять: люди, мы не зарабатываем деньги, мы просто пускаем по ветру наше имущество. У нас теперь любят хвастаться, что у Болгарии маленький государственный долг. Это верно. Но зато частный долг иностранным банкам вырос до 40 миллиардов евро. Впрочем, наши долги даже некому (!) подсчитать. Власти уничтожили национальную экономическую науку и разогнали серьезные институты. А все исследования по заказу правительства на деньги налогоплательщиков проводят прозападные НПО (неправительственные организации). (У вас в России, кстати, до Путина законы тоже писали вашингтонские советники. Я тогда работал в Москве и отлично помню то время. Это только сейчас у вас НПО объявили иностранными агентами и, безусловно, правильно сделали.)

К 2013 году Болгария потеряла 60% рабочих мест, обезлюдела и превратилась в колонию под политическим управлением ЕС. Лучшая в мире помидорная республика даже перестала производить помидоры!

ПОХОРОНЫ БОЛГАРСКОГО ПЕРЦА

В нынешний рецепт знаменитого шопского салата входят турецкие (или иорданские) «пластмассовые» помидоры, «болгарский перец» из Голландии и Македонии, лук из Китая и французская брынза. На местном рынке больше нет болгарских томатов, зато завались голландских. 80 процентов всех овощей и фруктов — привозные.

— Наши политики обожают, когда их приглашают разрезать ленточки на открытии иностранных сетевых магазинов типа «Билла», «Метро» или «Карфур», — усмехается лидер националистического движения Красимир Каракачанов. — Они что-то там болтают в поздравительных речах об инвестициях и рабочих местах. Но чужие монополии не работают с местными продуктами. Ведь датская брынза дешевле болгарской. Я ничего не имею против импортной брынзы или французского вина, но тогда и во французских магазинах, к примеру, на прилавках должны стоять болгарское вино и болгарская брынза. Шопинг-моллы и крупные сетевые магазины дважды грабят страну. С одной стороны, они берут деньги у бедных болгар, и эти деньги утекают на Запад, где работают на чужие экономики. С другой стороны, это убивает местное земледелие, а вместе с ним консервную и химическую (удобрения) промышленности.

— Сколько получает французская корова? 1000 евро субсидий в год, — вздыхает журналист Валерий Найденов. — А наша болгарская корова — бессребреница. Соответственно, несмотря на низкую цену рабочей силы, из-за отсутствия субсидий мы неконкурентоспособны.

— Но зато у вас высокое качество продуктов. Помидор, родившийся в солнечной Болгарии, в сто раз лучше худосочного голландского, — утешаю я и наивно спрашиваю: — А нельзя ли обязать сетевые магазины, раз уж вы им открываете рынок, чтобы 40 — 50% их ассортимента составляли болгарские продукты?

— Что вы?! Юридически невозможно! Мы немедленно попадем под санкции ЕС и ВТО. Мне всегда хочется плакать, когда я приезжаю в болгарский город Самоков, это картофельное сердце страны. Лучшей картошки вы не пробовали! Теперь там выстроили «Биллу», где на прилавке лежит… французский картофель! А местного нет.

Похоронив болгарский перец вместе с помидором, Евросоюз покусился было на святое — ракию (незаконное производство алкоголя в частном секторе), но потом затих. Ясно было, что такого надругательства над чувствами даже робкие болгары не снесут. Ракию (спасение для души!) гонят в домашних казанках по всей Болгарии. «Деревня без казанка как деревня без церкви», — гласит народная мудрость.

НАДУВАТЕЛЬСТВО С «КОЗЛОДУЕМ»

Болгарии надо было не просто выкрутить руки. Советскую «подружку» надо было опустить ниже плинтуса, лишив энергетической независимости. До вступления в ЕС Болгария была экспортером электроэнергии в Турцию, Грецию, Македонию, Албанию и даже Италию — благодаря построенной СССР атомной электростанции «Козлодуй». С точки зрения безопасности станция работала безупречно (что и доказали многочисленные, злобно настроенные проверочные комиссии), но, к несчастью, она была советской (!). И ЕС выдвинул жесткое условие: Болгария должна закрыть четыре блока из шести, а позже и вовсе остановить «Козлодуй».

Еще одна директива ЕС предусматривала замену 16% традиционной энергетики на «зеленую» — ветрогенераторы и солнечные батареи.

— Болгария не Сахара, чтобы работать на солнечных генераторах, и не остров в Северном море, где непрерывно дуют ветры, — говорит экс-министр энергетики Румен Овчаров. — Поэтому нужна базовая энергия. Кроме того, цена мегаватта «зеленой» энергии в десять раз превышает цену козлодуйского мегаватта, но мы обязаны ее выкупать!

Но «зеленая» энергия — это полбеды. Вся экономика Болгарии заминирована долгосрочными кабальными контрактами.

— В 2001 году правительство премьера Ивана Костова очень хотело показать свою прозападную ориентацию, а сам господин Костов мечтал, чтобы американский президент пожал ему руку, — с иронией говорит экс-министр энергетики Румен Овчаров. — И все случилось, как в сказке. Костов поехал в США, где его принял вице-президент Дик Чейни. Но вдруг дверь отворилась, и вошел Джордж Буш. Итогом этой необыкновенной встречи стало подписание беспрецедентных контрактов: две старые советские — ТЭЦ «Марица-Восток 1» и «Марица-Восток 3» — достались неизвестным американским компаниям.

«МЫ — ЖЕРТВА ВАШИХ РАЗБОРОК СО ШТАТАМИ»

— Договор был непростой, а с хитринкой. Государство обязалось выкупать у американцев всю (!) электроэнергию в течение 15 лет по заоблачным ценам и при любых обстоятельствах. Еще эффективнее американцы разобрались с энергетическими конкурентами — проектом атомной АЭС «Белене», которую строят со времен СССР и все никак не достроят. В сущности, реактор уже почти готов, и российский «Атомстройэкспорт» не раз предлагал Болгарии супергибкие и комфортные условия оплаты — лишь бы закончить проект. Но несмотря на то, что в станцию вбухано немереное количество болгарских и российских денег, болгарский парламент «Белене» закрыл, чем обрек всю высокотехнологичную отрасль на медленную смерть. Ведь вместе с закрытием «Козлодуя» и «Белене» вымрут старые кадры атомщиков. Парламент даже не остановил тот факт, что разгневанный «Атомстройэкспорт» пригрозил предъявить иск в миллиард евро. И таки предъявил.

— Мы отказались от прекрасных инвестиций в «Белене» только под давлением американцев, — утверждает социолог Андрей Райчев. — Это было чисто геополитическое решение, связанное с отношениями между Россией и США. Вся американская политика сводится к анекдоту: пойди посмотри, что делают дети в соседней комнате, и скажи, чтоб перестали. Та же логика у американцев: посмотрите, что делают русские, и велите, чтоб они больше так не делали. США абсолютно наплевать на Болгарию, им главное — остановить ЛЮБЫЕ русские проекты. А Болгария — просто жертва ваших разборок со Штатами. Участь «Белене» разделил и другой российский проект — трубопровод Бургас — Александруполис. И до сих пор висит на волоске судьба «Южного потока».

СОСЕДИ

Почему Россия проигрывает на Балканах?

— По социологическим опросам, 70% болгарского населения являются русофилами, но при этом Россия проиграла политическую и медийную битву в Болгарии. Парадокс! — восклицает журналист Иво Христов. — Почему Россия уступила победу Западу? Доминирующие идеи в СМИ вбрасывают так называемые местные think tank («мозговые тресты», «фабрики мысли»), которые финансируются американскими (реже европейскими) фондами. Все эти институты самоцитируют друг друга и обязательно в своем наименовании имеют что-то «демократическое» — Фонд исследования демократии или Институт либеральных стратегий. Они никогда не афишируют свою проамериканскую направленность. С одной стороны, это декларативная наивность (всем ясно, откуда поступают деньги), а с другой стороны, эффективная, хорошо разработанная технология. Россия заявляет свои интересы через организации, объявляющие себя русофильскими. Чувствуете разницу? Даже когда у России и Болгарии совпадают интересы, сам факт определения этих интересов как российских дискредитируют их. А США узурпировали поле демократии и процветают (они ж, мол, не за себя бьются, а за общее благо).

К примеру, в истории с русским газопроводом «Южный поток» Болгарии нечего было терять, кроме бонусов и пряников. Но весь проект был истеризирован в прессе как «русский проект на Балканах», хотя в него входят многие европейские страны. И дело двигается мучительно и медленно. Или АЭС «Белене». Люди стали жертвой политических манипуляций в СМИ, утверждающих, что энергия с «Белене» будет очень дорогой. Их забомбили высокими цифрами.

— И это при том, что страна платит космические цены за энергию с американских ТЭЦ?! — восклицаю я.

— Да поймите, люди в плену русофобской истерии. Всю арифметику стерли с доски и написали большими буквами «Энергетическая зависимость от России». Это такая европейская страшилка для детей. И новая болгарская прозападная элита паразитирует на иррациональных страхах.

Что такое сегодняшняя Болгария? Это жертвенная пешка на шахматной доске. А ее временная роль — быть блокирующей пешкой для всех русских проектов. Мы обслуживаем чужие интересы, портим отношения с Россией и теряем деньги за транзит нефти и газа. А наши американские друзья хлопают нас по плечу и говорят: «Молодцы, ребята! У вас демократия!» Один болгарский сатирик очень точно определил, что такое демократия: «Это не власть народа. Это власть демократов».