Принципиально расхождение экономики, как науки – и либерализма, как образа жизни. Экономика – даже самые худшие (например, рабовладельческие) формы – строилась и строится на ПРЕОДОЛЕНИИ ЕСТЕСТВЕННЫХ УСЛОВИЙ. А это прежде всего — естественным путем (сами по себе) сложившиеся отношения и связи…

Например, на необитаемом острове нет экономики (потому что и людей нет) – а естественные условия на необитаемом острове – максимально представлены. Нельзя построить никакой экономики – если не преодолевать естественные условия, а, наоборот, потакать им.
Отопление дома – есть вызов естественно сложившемуся климату, прополка грядок – есть вызов естественно сложившейся фитосфере, транспорт есть вызов естественной протяженности расстояний и т.п.

В постоянной борьбе с естественными условиями вырос человек, и вырос он из животного мира. Куда он и вернётся при обратном подходе… Почему нельзя выстроить экономики на потакании естественным отношениям? Ответ знает любой физик: предоставленная сама себе система накапливает энтропию (т.е. переходит к максимально примитивному из всех возможных вариантов состояния).

Но мы не будем лезть в физику. Ответ знаком и любому экономисту – потому что понятие «энтропия» есть и в экономической науке.

«Энтропия экономическая» — это гомогенизация негативных явлений в смеси при выборке и утилизации позитивных. Объясню попроще – ведь родную «ЭиМ» читают не только экономисты:

Если в какую-либо емкость поступает N черных и N белых шаров, например, в день (ну, в какой-нибудь срок, неважно) – то если выбирать только белые шары – удельный вес черных шаров в ёмкости будет постоянно нарастать. Постепенно вся она окажется завалена черными шарами – а белых в ней совсем не останется.

Чтобы соблюдался баланс 50/50 нужно вынимать с равной скоростью и черные, и белые шары – в той же последовательности, в какой они поступают. Если этого не делать – произойдёт явление, называемая экономистами «гомогенизация в смеси».

Ещё грубее: если на стол выставляются сладкие и горькие пирожки, а люди горьких не берут, расхватывают только сладкие, то с течением времени (вспомним ефремовскую «стрелу аримана») на столе остается только великое множество горьких пирожков.

При либеральном подходе (свободный рынок, добровольность и право выбора, потребительская идеология) – структура потребления не соответствует необходимости собственного воспроизводства. Это связано с накоплением «энтропии экономической» — свобода выбора приводит к гомогенизации негативных явлений в смеси. Многие думают – откуда берётся массовая «игилизация» сознания калек рыночной идеологии? Она возникает из необратимого при либерализме озверения масс.

Раньше как было? Сложный человек через сложное производство организовывал себе сложное потребление. Если не будет сложного уклада жизни – не будет и сложного потребления. Оно упрощается – на недоступность многого толпа отвечает упрощением человека. Мол, это нам недоступно – а нам и не надо…

Растление при либерализме – есть прежде всего (по крайней мере для меня, как экономиста) – гниение и разложение способностей к воспроизводству сложного и совершенного образа жизни. Совершенство становится недоступным – «а нам и не надо» — «мы лучше ГМО обожремся, лишь бы брюхо набить, зачем нам качественные продукты?»

Экономистам очень важно понимать роль Завета в становлении человеческой цивилизации. Не нужно думать, что Богу делать было нечего – и он для смеха дал людям Завет, ограничив и стеснив их искусственными условностями. Завет – это условие существования человеческой цивилизации.

Выполняешь – получаешь;
Не выполняешь – не получаешь.

В корневой схеме всё очень просто. Отказавшийся корячится, поливая яблоню – получает кислые «дички» вместо сладких крупных плодов.

Нельзя производить сложные машины – не изучая высшую математику. Перестали люди зубрить математику – потеряли способность делать сложные машины. Значит, через какое-то время машин не останется, и люди (отказавшиеся зубрить) – вернуться к ручному труду…

Не выполняешь – не получаешь.

Но вот какое дело (на чем и выезжает либерализм): во-первых, отказ от математики не приведет к мгновенному исчезновению машин. Старые наработки будут ещё какое-то время служить (как сейчас в нашей экономике и происходит). На инерции прошлого бездельники и растленные тунеядцы «купи-продайства» могут некоторое время ехать в полном комфорте: не выполняют Завета – а получают плоды!

Во-вторых, по мере убывания старых машин в обществе, отказавшемся от математики, властные элиты будут концентрировать остатки комфорта вокруг себя. За счет этого ещё больше продлят свой комфорт безответственных тунеядцев…

Но исход один – и он неумолим. Хотя какое-то время власть имущие и могут «получать, не выполняя» — у этой уловки есть срок годности. Дальше правило «не выполняешь – не получаешь» вступит в свои права.

Разложение нравственной нормы – это ещё и разложение производственных, научных и прочих потенциалов жизни. Кто хочет обхитрить жизнь, получив «комфорт без напрягов» (а именно на этом и строит свои «завлекалки» либерализм с его культом финансовых пузырей) – тот в итоге добьётся «напрягов без комфорта» и первобытной (она же естественно-складывающаяся) среды.

Как ни крути – мы оказались в чем-то более страшном, чем отрицание советского опыта. Мы оказались в отрицании истории, культуры и философии (и не случайно студентки философского факультета МГУ бегут в ИГ – ибо философия убита, как и культура, и историзм).

Либерализм додумался сделать процессы дегенерации смыслом и сверхазадачей реформирования, поставить деградацию человека как цель активной бурной деятельности. Выраженная в двух словах экономическая теория либерализма такова: «двигателем развития является звериное начало в человеке».

Чего удивляться, что из такой теории вылупилась чудовищная практика? Вся история человечества развивалась через преодоление зверства и скотства. Это очень нелёгкий процесс – зверство и скотство очень серьёзные противники, и они не раз отправляли деятелей истории в нокаут.

Однако додуматься взять этих противников в союзники сумели только либералы – почему мне и кажется постоянно, что у них сифилис мозга…

Ведь человеку, у которого мозг не гниёт заживо – ясно, как божий день: получение и наращивание дохода за счет озверения и оскотинивания людей – абсолютный нонсенс в истории вида homo sapiens!

Между тем сформированные мировым либерализмом системы именно это и делают: строят свой аппарат обогащения, запустив процессы озверения и оскотинивания человека.

На этом пути нарастает как экономическая, так и психическая энтропия – и предельно снижается (это взаимосвязанный единый процесс) – как экономическая, так и психическая энергия. Человек, который собрался половить рыбку в мутной воде – не думает о том, что и пить ему придётся теперь только мутную, грязную воду.

Что мы имеем (выделю тезисно):

• Подмена развития производительных сил и потенциала – развитием аппетитов, запросов и бездумного потребительства.
• Замена профессиональной подготовки и личностного самосовершенствования культом сиюминутных наслаждений.
• Утрата понимания разницы между бредовым домыслом и объективной реальностью. «Правдой» у них считается любая оплаченная точка зрения. А «ложью» — любая неоплаченная точка зрения.
• Ликвидация правового сознания путём полного самораскрепощения силы и хищности.
• Отказ признавать законы природы и естества, попытка полной подмены законов естества капризами и прихотями источника денежной эмиссии.
• Уравнивание понятий «польза», «благо» — с понятием «удовольствие», что превращает человека в гедонистическую слизь.
• Утрата представлений о будущем времени (вместе с ликвидацией и шельмованием экономического планирования). Попытка пребывания в «вечном настоящем», за которую время мстит, двигаясь в будущее.

Источник: http://economicsandwe.com/doc/5293/
Автор: Вазген АВАГЯН, специально для ЭиМ.
Рубрика: Экономика, опубликовано 2 июля 2015 года в 10:16